ЗЕМЛЯ

Остановимся на слове земля — одном из центральных элементов мира духовного стиха. Оно обычно появляется, как и в традиционных фольклорных текстах, с эпитетом мать-сыра. Слово земля имеет несколько значений. Для каждого из них можно найти контексты, где одно из этих значений будет вполне определенным. Так, земля как государство (царство-государство), пространство, духовно (по вере) определенное, предстает в следующих стихах:

И есть тот Ильмень, кой в Турецкой земли [В. 125].
На головушках шляпа земли Греческой [Л. 137].

Егорий Храбрый едет

По всей земле светлорусской,
По святой земле православной,
По той земле заповеданной.

В этом значении слово земля не имеет эпитета мать-сыра и может иметь мн. число. Земли могут противопоставляться. Так, Святая земля светлорусская в стихах о Егорий Храбром противопоставляется иной земле, неверной.

Именно в этом значении слово земля вступает в иерархические отношения: у него заполняется соответствующая тезаурусная функция „множество — главный элемент множества”: Которая у нас земля всем землям отец! (в другом варианте — мать). Ответ держит премудрый царь Давид Осеевич: Светла Русь-земля всим землям отец [В. 34].

Другое значение слова земля — вещество, составляющее поверхность земли. Грешная душа с чужой нивы земли украдывала [Л., 39], душа умершего вопрошает: Вы почто меня землею засыпаете! В могиле ... задернет грешных рабов Святым Духом Господним, землей, травой и муравой [В. 168].

Вместо земли тело можно засыпать хрящем и песком: так поступает царь Кудреянище с Егорием Храбрым.

Основное же значение слова земля — место, созданное Богом для жизни:

1. Всяк человек на земле живет как трава в поле растет.
2. Обошло окиян-море вокруг земли, вокруг земли, всей подселенный [В. 25].
3. И стоит Иерусалим-город посреди земли [В. 25].

Во втором пришествии

Среди земли престол божий поставится.

Эта земля — белый свет:

Ты взойди, человече, на Сион-гору,
Посмотри, человече, под-год низ под гору:
Ище чем-то земля принаполнена?
Ище чем-то земля приукрашена?
Приукрашена земля красным солнышком,
Принаполнена земле Божьей милостью.

Вспомним:

Не видать Егорью света белого,
Не видать Егорью солнца красного...

Именно в этом значении у слова земля постоянный эпитет — мать-сыра или сыра-мать.

Посмотри, человече, на мать-сыру землю:
Ище чем-то мать-сыра земля изукрашена? —

поется в другом варианте стиха "Ты взойди, человече". Именно эта земля противопоставлена небесам: после битвы Правды с Кривдой

Кривда осталась на сырой земле,
А правда пошла пo-поднебесью [В. 15].

Иногда земля и небо образуют радостное единство:

Лик ликуют здесь ангелы на земли,
Царствуют праведники на небесах [Л. 50].

Эта земля сырая или мать-сыра земля — сударыня, кормилица, хлебодарница, всем грешным отец и мать. Она несет в себе сакральное начало, магическую силу; к ней со словами причитания обращаются Иосиф Прекрасный, тоскующий по своей матери Рахили:

Иосиф во рву слезно плачет
Ко матушке сырой земле причитает —

и Егорий Храбрый в надежде, что земля "пожрет силу жидовскую":

Расступись, расколись, мать-сыра земля…
Расступилась мать-сыра земля ш четыре стороны [Л. 81].

Земля персонифицирована; она ведет себя км живое существо: она говорит, отвечает; не в силах терпеть беззаконие многогрешных людей, она расплачется и растужится перед Господом:

Тяжело-то мне, Господи, под людьми-то стоять,
Тяжелей того — людей держать,
Людей грешный, беззаконных...
Повели им, Господа, расступиться
И пожрать люди-грешницы. беззаконнницы [Л. 134].

Образ плачущей матери-сырой земли устойчив в народной поэзии. В полесских селах и теперь поют поздний стих-псальму на тот же сюжет:

Плаче мать земля сырая: не могу грехов снести,
Стала мать земля сырая Сына Божьего просить:
Измилуйся, Сыне Божий, надо мной, сырой землей,
Сними с мене, сыне Божий, беззаконие грехов.

Земля, на которой живут, которую распахивают и засевают, и земля, которая стонет и тужит, говорит и плачет, — одна земля. Персонификация — не художественный прием, а языковое представление мировидения. В причитании к матери-сырой земле и покаянном стихе, обращенном к ней, женщина, идущая на исповедь, просит прощения за то, что

Плевала на тя скорлупоньку...
рвала я твою грудушку
сохой острою, разрывчатой... [Соболев, 1914].

О культе матери-земли существует обширная литература, эта тема стала центральной в книге Г. Федотова. Мы здесь отметим только те проявления культа, которые существуют и поныне. Почитание святой матери-земли сохранилось до сих пор в Полесье [см.: Топорков, 1984; Оболенская, Топорков, 1990], где мать-сыра земля сближается с матерью-Богородицей: "Одна маты - Божия маты, а другая маты шо хлиб дае..." [Оболенская, Топорков, 1990]; ср. с духовным стихом:

Первая мать — Пресвятая Богородица,
Вторая мать — сыра земля,
Третья мать — кая скорбь приняла [Б. 6.73].

Последние полевые исследования духовной культуры старообрядцев Приуралья также позволяют говорить о сохранившемся культе земли: в отсутствие духовного отца или матери старообрядцы-беспоповцы поморской веры могут исповедоваться и каяться земле. Поэтому естественно, что мать-сыра земля принимает покаяние и в духовных стихах: Каелсе молодец сырой земли [В. 161].

И сегодня в народном сознании эта связь между Божьей матерью и землей прослеживается в отношении к матерным выражениям: так на мое замечание о том, что информантка часто употребляет матерные слова и это плохо, женщина-старообрядка ответит убежденно- "Почему же? Это природные слова. С ними нельзя поминать только матушку-сыру землю и Богородицу" [ср.: Успенский, 1983]. В духовных стихах земля при осквернении ее матерным словом потрясется; потрясется она также при остатней поре, при времени, т.е. при конце света.

От этого главного значения слова земля как бы отпочковывается значение 'поверхность земли' и тем самым некоторый пространственный предел: Стоят леса темные от земли и до неба; Пламя пышет от земли и до небеси; От земли и до неба явился столб белокаменный.

Человек — тварь земная, поэтому тело умершего — земля; А тебе, земля во землю идти. В этом тексте первое слово земля употреблено в значении 'вещество', второе — источник и место жизни и смерти; в этом же последнем смысле слово земля употреблено в контексте:

Земля еси, земля матерая,
Всем ты грешникам, земля, отец и мать [В. 152].

Как же устроено тело матери-сырой земли и что на ней расположено?

Мы пройдемся по земному ландшафту, не задерживаясь ни на одной детали надолго — оттого, что каждая из них либо уже была, либо может стать предметом большого самостоятельного исследования ибо практически все составляющие ландшафта семантически и семиотически очень нагружены, аккумулируют дохристианские и христианские представления. Наша же задача - дать описание этих

составных частей земного пространства через их названия и функции этих слов в анализируемых текстах.

У земли есть пуп — так стоит Иерусалим-город, на земле расположена масса государств — Астрачинское царство, Индея, Иудейская земля, Египет, Персия, Турция и, конечно, Русь, или Расея. На земле много городов: Рим, Вавилон, Вифлеем, Киев, Москва, Ярославль... На земле есть множество гор безымянных — высоких, крутых и даже толкучих, преграждающих путь Егорию Храброму; есть горы святые — такие, как Сион-гора, где царствует и ликует сам Иисус Христос и стоит церковь апостольская. Сион-гора — место высшего просветления и видения, место, откуда смотрят на мир, на землю:

Ты взойди, человече, на Сион-гору,
Посмотри, человече, по-под низ под гору,
Еще чем-то земля изукрашена?

На Сион-горе трубит в трубу Михаил Архангел, возвещающий о Страшном суде.

Во многих стихах одна Сионская гора превращается в три, Сионские — в Сиянские (ассоциируется со словами сиять, сияние), а в современных текстах, записанных в Сибири, Сионские горы превратились в Саянские: Ходила Богородица по Саянским горам; На Саянских горах древо выросло, из которого строилась церковь, где находится Гроб Господень. Наконец, за три горы, за Сиянские, ведут душу на вечные муки:

Повели-то душу да за три горы,
Да за три горы, за Сиянские.

Сион-гора — отмеченное место не только в духовных стихах, но и в заговорах: Ехав Сус Христос на своем хвабром коне на Сияньску гору. На Сияньской горе стоит калинов мост; На море на Кияне, на горе на Сияне стоит дуб [Р. 5, 48].

Эта гора становится общей важной точкой в фольклорных пространствах разных жанров.

Другая святая гора — Фаворская, или Фавор-гора, всем горам мать.

Почему ж Фавор-гора над горами мать?
На славной было на Фавор-горы
Преобразился на горы сам Иисус Христос
Со двум — на-десятями со апостолам,
Потому Фавор-гора над горами мать [В. 24].

На ту же гору выпадает из тучи Голубиная книга, содержащая все знания о Вселенной.

С крестными страданиями Христа связана гора Голгофа. Она особенно часто упоминается в поздних духовных стихах:

Он шел на Голгофу, на место страданий,
На место последних терзаний и мук.

С именем Христа и Богородицы связана другая гора, которой в духовных стихах присваивается имя Вертеп — место рождения Христа. Вертеп-пещера стала горой Вертепом, и затем началась трансформация названия: Ертеп, Ертепа и в современных записях Артепа:

Матушка ты Мария,
Пречистая дева святая,
Где ты ночесь ночевала,
Где ты эту ночь коротала?
Спала я ночесь ночевала
У святой горы у Артепы...

Есть еще одна очень важная гора — Афон. Это гора поздних духовных стихов, средоточие горней красоты и святости на земле:

Гора Афон, гора святая,
Не знаю я твоих высот,
И твоего земного рая,
И под тобой шумящих вод.

Собственное имя имеет также гора, у которой похоронена мать Иосифа Прекрасного — Рахиль. Она называется Патроной.

Наконец, последняя именованная гора, которую мы отметим, — Росстань-гора. На ней расстается душа с телом. Голуби белые — ангелы-архангелы рассказывают:

А мы летали на Росстань-гору,
На Росстань-гору, на расставание.
Как душа с телом расставалася...

Другие горы безымянны, но очень значимы в жизни человеческой. На горе братья нападают на Иосифа. Во время потопа люди

Видя воды многи люты,
Убежали в горы круты
Там спастись [В. 200].

Но спасения не было. При последних днях люди молят горы о скорой смерти:

Вы скажите — падите, покройте нас, горы,
Но горы на вас не падут.

Гора — место, где происходит общение с богом: на крутую гору восходят сначала убогий, а потом богатый Лазарь, прося Господа о смерти.

Есть безымянные горы, составляющие часть фольклорного ландшафта: они соседствуют с полями, лесами, лугами; в старообрядческих стихах — с пустынями, пещерами (вертепами), долами:

Нигде не будет вам (верным христианам. — С.Я.) юходу,
Ни в горах, ни в пещерах,
Ни во дальних во пустынях.

Часто в горах находятся пустыни и монастыри:

Монастырь верхний издавна стоит,
Издавна стоит на крутой горе.

Итак, гора или горы — один из самых важных локусов. Другой важный локус на земле — море. Слово море, так же как гора, вступает в иерархические отношения особого типа:

А еще ты, государь наш, нам про то скажи:
Которое у нас море над морями мать?

Царь Давыд Евсеевич отвечает:

У нас киянь-море всем морям мать.
Почему киянь-море над морям мать?
Обошло киянь-море вокруг земли,
Вокруг земли, всей подселенный,
Потому киянь-море над морями мать [В. 25].

В другом варианте "Голубиной книги" главенству океана дается иное объяснение:

Окиян-море зголубаетсе —
Вся моря ему поклоняетсе [В. 18].

Семантические связи слова море представляют собой образец совмещения двух тезаурусов — тезауруса традиционного фольклора и тезауруса христианской книжности. "Книжное" море, кроме того, что оно географично и связано с важнейшими событиями священной истории, глубоко метафорично: море нечестия, житейское море — суетный мир:

Бушует житейское море,
В волнах потопает народ.

В упоминавшемся старообрядческом стихе о встрече инока, или старца, с Богом рассказывается, что инок плачет, потому что уронил он ключи от церкви во синее (или черемное) море. Ключи бросают в море и в текстах заговоров — так "слова" становятся крепче. Но есть в тексте стиха то, что присуще только стиху, — христианская символика: бросить в море ключи от церкви, так же как и потерять златую книгу, — значит, уклониться от праведного пути. Поэтому одновременно с фольклорным морем — синим морем с крутым бережком — здесь присутствует море житейской суеты и прелести, куда потянуло младого инока (он же старец). Таким образом, фольклорная синтагматика (сочетаемость) соединяется здесь с книжной парадигматикой.

Море входит в общефольклорный ассоциативный комплекс лес, поле, море, В отличие от фольклорного моря, которое практически всегда синее, море духовного стиха может быть черным, чермным (т.е. красным) и глубоким:

Ишла ишла мать-Марья
Как через поле широкая,
Как через море глыбокая.

Как и фольклорное море, оно является границей: души грешные мучаются в аду под морем.

Корабль, который появляется на море, может быть обычным кораблем, на котором едет герой: так, на корабле возвращается Алексей Божий человек "во Рымское царство", но корабль, как мы отметили, символизирует церковь во главе с Христом; тогда корабль — единственное спасение в житейском море.

Символический корабль может плыть не только по морю, но и по реке: река также является некоторой пограничной зоной, уже не принадлежащей миру людей:

По лугу-лугу течет реченька,
Течет реченька, знать, медовая,
А по той реке корабель плывет,
А на том корабле сам Исус-от Христос,
Сам Исус-от Христос со апостолы.

Образ корабля с ангелами присутствует при исходе души и, по мнению Ф.И. Буслаева, связан и с языческим началом: корабль плывет по водам, подобно ладье в погребальном обряде [Буслаев, 1861].

Если в фольклоре главными реками являются Смородина и Дунай, то в духовных стихах есть свои две главные реки, имеющие собственные имена. Первая река — Иордань-река, всем рекам мать. Как объясняет "Голубиная книга",

Во славной матушки во Иордань-реки
Окрестился в ней сам Иисус Христос:
Потому Иордань-река над реками мать [В. 25].

Однако с Иорданью-рекой связывается место не только крещения, но и распятия:

Над Ерданью было над рекою —
Очудили крест животворящий,
Очудилось древо кипаристо,
Как на том кресте на распятом
Гвоздьями ручи пригвождеты,
Копием ребра прободеты.

В некоторых вариантах стиха "Сон Богородицы" Богородица видит свой пророческий сон тоже на берегу Иордана,

Другая река — Сион-река огненная, которая протечет при конце света, перед Страшным судом и "пожрет всю землю". Она тоже служит границей между временем и вечностью, раем и адом, греховной жизнью и Страшным судом и сама есть ад [см.: Успенский, 1982, 143—144].

Есть еще один очень важный локус, чья общефольклорная функция быть границей между мирами. Это камень. Семиотическая функция камня в разных жанрах фольклора давно привлекала к себе внимание. В последнее время появилась работа, богатая фактическим материалом [Демиденко, 1987]. Давнюю историю имеет исследование этимологии слова Латырь (Алатырь)-камень, которую связывают либо со словом алтарь [Веселовский, 1881], либо со словом янтарь (довольно убедительные аргументы в пользу последнего приводит Агеева [1982]). Наша задача — указать на разные значения олова камень, исходя из непосредственных контекстов.

Прежде всего речь должна пойти о камне Алатыре, или Латыре, Или Белатыре. В "Голубиной книге" он назван камнем всем каменям

мать, потому что

На том камне-Белатыре
На нем беседовал сам Исус Христос,
Со двум-на-десяти со апостолам
Утверждали веру христианскую [В. 27].

Описываемая здесь ситуация дает возможность сближать камень Белатырь с алтарем: ведь камень участвует в устроении церкви; однако в другом варианте "Голубиной книги":

Латырь каминь каминям отец;
Лежит он сириди моря,
Сириди моря сириди синява,
Идут по морю много корабельщиков,
Гли тово камня останавливаются,
Яны берут много с яво снадобья,
Посылают по всему свету белому... [Б. 1,367].

Здесь же Белатырь-камень предстает таинственным целебным камнем и, конечно, сближается с янтарем.

Думается, что в фольклоре наличествуют обе смысловые ауры камня и они — с безусловным акцентом на первую — "алтарную" — присутствуют в духовных стихах. Камень Латырь может быть началом, источником жизни:

С-под каменя, с-под белого латыря
Протекли реки, реки быстрые
По всей земле, по всей вселенной,
Всему миру на исцеление,
Всему миру на пропитание [Б. 1,367].

Эта функция позволила сблизить камень духовного стиха с философским камнем [Мяло, 1987].

Камень Латырь, он же бел горюч камень песен и заговоров, существует в ед. числе, но в стихах есть и другие камни, они множественны и могут называться камешками, каменьями, камением, камнями. Это более обыкновенные камни. "Горюч камень" привязывал царь Кудреянище Егорию на тело, чтобы его потопить, его же желтым песком призасыпывал, серым каменьем призаваливал [В. 96].

Объединяет камень Латырь со всеми остальными камнями общая функция — быть границей или преградой между мирами. Важна роль камня во время распятия и второго пришествия: знаменуя смерть Спасителя и конец света, камение на двое распадется.

Пограничная функция камня видна и в его модификациях, одной из которых является каменная гора. Каменная гора может быть границей как между земным и божественным мирами, так и между земным и дьявольским. Так, мати Мария идет через море глыбокия, поля широкия и через гору каменную; узнав о смерти сына, она ударяется о гору каменную, и на том месте встает церковь, где на престоле сидит сам Господь. Здесь является мир божественный. В старообрядческом стихе антихрист — десятирожный зверь — выходит из расселины горы каменной, из мира дьявола.

Камни могут быть драгоценными и самоцветными. Так, царь Максимьян обещает Кирику, если он будет веровать его веру, дать злата-серебра и драгоценного самоцветного каменя [Л. 73]. Драгоценные камни сияют на окладах икон и церкви.

Из конкретных драгоценных камней чаще всего упоминаются жемчуг и яхонт:

Взяли они по камушку яхонту,
И скоро калики во поход пошли [Л. 137].

Эти же камни любят и в традиционном фольклоре: Что не яфонты по блюдечку катались.

Возвратимся к Латырю-камню. Смысловое развитие этого имени-символа в духовном стихе идет в направлении книжного христианства: от камня веры стих приходит к отождествлению Христа и камня, что звучит в известном стихе о царевичеИоасафе и Варлааме:

Из пустыни старец
В царский дом приходит,
Он принес с собою
Прекрасный камень драгий.

Оказывается, что этот камень нельзя увидеть. Старец объясняет царевичу, что это за камень:

Пречистая дева
Родила сей камень,
Положен во яслях...

Этот символический смысл слова камень в русском фольклоре присутствует только в текстах духовных стихов [см. также: Мяло, 1987].

Предыдущая    В начало    Следующая

Электрокотел для отопления электрокотлы для отопления.
Используются технологии uCoz